«Не передавайте рассмотрение нашего обращения опять Генпрокуратуре» - в редакцию «АП» поступило обращение от группы заключенных на имя председателя Маджлиси намояндагон Маджлиси Оли, президента Республики Таджикистан, председателя Конституционного суда, директора Агентства по государственному финансовому контролю и борьбе с коррупцией и министра юстиции страны.

Публикуем его без сокращений:

«МЫ, группа заключённых исправительного учреждения Я.С.3/7 ГУИУН Министерства юстиции Республики Таджикистан, с честью исполняя наказания, имеем твёрдое убеждение, что живем в правовом государстве и твёрдо верим, что, с поддержкой Всевышнего, справедливость наконец-то восторжествует и правда станет истиной. 

Мы верим, что основные принципы и направления развития государственной политики совпадают с нашими убеждениями.

Вместе с тем считаем необходимым напомнить, что низкий уровень правовых знаний общества, несоблюдение независимости следственных органов и судов, зависимость ветвей власти от надзорных органов и пр. негативно действуют не только на жизнь заключённых, но и на наше общество в целом.

Основной причиной нашего обращения являются некоторые действия, а порой и бездействие Генеральной прокуратуры республики и ее органов на местах.

В соответствии со статьей 80 Кодекса исполнения уголовных наказаний Республики Таджикистан положительно характеризующиеся осужденные могут быть переведены из исправительных  колоний  общего, усиленного и строгого режимов в исправительную колонию-поселение по отбытии осужденными не менее одной трети срока наказания. А для лиц, осужденных за особо тяжкие преступления – по отбытии не менее двух третей срока наказания. Необходимо подчеркнуть, что именно «срока наказания»!

Можно сказать, что данная норма - это единственная возможность и надежда осужденных на скорейшее освобождение.

До апреля текущего года под термином «срок наказания», указанным в пунктах «б», «в» части 2 статьи 80 вышеуказанного кодекса ответственные лица понимали те реальные сроки, которые осужденные отбывали, те, что им фактически предстояло отбывать. Те части сроков, которые по инициативе президента Республики Таджикистан попадали под амнистию (в соответствии с Законом РТ «Об амнистиях») реально не учитывались, так как эти сроки амнистировались.

Начиная с мая месяца текущего года, когда генеральным прокурором республики издается так называемая «Инструкция», нарушается вышеуказанный порядок.

К сожалению нас, заключённых, не знакомят с содержанием этого распоряжения генпрокурора. Лишь из устных и иных форм оповещения, в частности из выступлений сотрудника прокуратуры Т. Азимова, становится ясным, что отныне при учете срока отбывания наказания для перевода на колонию-поселение, амнистия и упразднение сроков не учитывается!

Например, для строгого режима. Осужденный приговорен к 12 годам. Начало срока - 2008 год. Законами «Об амнистии» от 2009 и 2011 годов срок уменьшен на 5 лет. На сегодня осужденный  фактически отбыл уже 5 лет. Остается еще 2 года. В этом случае до выхода «Инструкции» генпрокурора осужденный мог надеяться на перевод в колонию-поселение после 4 лет и 4 месяца (2/3 срока от 7 лет, учитывая, что 5 лет срока амнистированы).

Согласно же «Инструкции» осужденному 2/3 срока засчитывается от изначального приговора, то есть от 12 лет. В этом случае осужденный может надеяться на колонию-поселение после отбытия 8 лет. Для нашего примера он наступает только в 2015 году. Но ведь осужденный в 2015 году освобождается совсем, так как 5 лет срока амнистированы. Где логика?

Для всех понятно, что «срок наказания» - это тот срок, который назначен по приговору суда и в последующем изменен в установленном законодательством порядке. А господин Т. Азимов, ссылаясь на «Инструкцию» генпрокурора, руководствуется термином «фактического отбытия срока наказания, назначенного судом» (как указано в ст.77 УК РТ) и понимает под ним именно тот срок, который суд назначает без учета норм законов об амнистии. Но ведь есть масса случаев, где амнистию применяют прямо в приговорах судов и сроком наказания считается именно та часть приговора, которую устанавливают в итоге. А Т. Азимов этого не понимает, либо понимает, но не хочет соглашаться.

Порядок замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, который применялся до «Инструкции» генпрокурора, полностью соответствовал ст. 80 Кодекса исполнения уголовных наказаний Республики Таджикистан. А «Инструкция» всего лишь вносит жестокость и суровость по отношению к осужденным.

Для нас непонятно, почему уважаемый генеральный прокурор, прекрасно понимая, что ранее действующий порядок не имел никакого противоречия, пытается применить жесткость и суровость по отношению к осужденным и тем самым вносит противоречия принципам справедливости и гуманизма уголовного законодательства (ст. 8 и 9 УК РТ).

Т. Азимов также заявляет, что данная мера (т.е. принятие «Инструкции») является временной. В последующем, оказывается, предложено внесение соответствующих изменений и дополнений в Уголовный кодекс РТ и восстановление прежнего порядка. Но позвольте возразить - с чем это связано? Неужели, таким образом принимаются меры по предупреждению возможных правонарушений в канун выборов главы государства? Если это так, то, действительно, наши чиновники не могут и не хотят разобраться в проблемах, и, как гласит знаменитая таджикская пословица, они привыкли «приносить чалму вместе с головой»!

Нашему генеральному прокурору следовало бы свое драгоценное время тратить не на такие противозаконные и двусмысленные «Инструкции», а на контроль за деятельностью своих сотрудников, которые умышленно совершают противоправные действия, надеясь на правовую неграмотность основной  массы населения. Если у генерального прокурора есть желание и возможность, давайте непосредственно встретимся, и мы передадим ему достаточно фактов и доказательств в подтверждение вышесказанного.

В рамках своих возможностей мы неоднократно обращались в высшие органы власти, такие как Маджлиси Оли РТ, Конституционный суд республики, ГКНБ, Министерство юстиции, Агентство по финконтролю и борьбе с коррупцией, к президенту Таджикистана, уполномоченному по правам человека, и указывали о существующих правонарушениях в органах прокуратуры.  Однако, как ни странно, все наши обращения передавали на рассмотрение тому же генеральному прокурору. Естественно, что наши обращения не удовлетворялись. 

Наличие беззакония и развитие уровня коррупции в органах прокуратуры и судах беспокоят не только нас, заключенных, но также и людей на воле.

Простой пример - так называемое «дело исфаринцев», где два высокопоставленных сотрудника Генпрокуратуры, переводясь в Агентство по борьбе с коррупцией, совершают тяжкие и особо тяжкие преступления, а позднее опять назначаются на ответственные должности в органах прокуратуры. Если кто-либо скажет, что нынешний генеральный прокурор не знал об этих правонарушениях, трезвомыслящий человек этому никогда не поверит.

Подводя итоги сказанного, просим следующее:

Пожалуйста, не передавайте рассмотрение нашего обращения опять Генеральной прокуратуре. Мы считаем целесообразным создать рабочую группу из числа высококвалифицированных специалистов Исполнительного аппарата президента РТ и других уполномоченных госорганов и рассмотреть указанные  факты. А мы можем заверить вас, что будем всячески помогать группе, если таковое потребуется.

Также просим редакцию газеты, используя свои возможности и полномочия, организовать обмен мнениями всех заинтересованных лиц, прежде всего правоведов, представителей международных общественных организации и местных НПО, а также сотрудников всех правоохранительных органов страны».      

Под обращением подписалось 156 заключенных.

Оригинал обращения находится в распоряжении редакции «АП».