Наряду с нехваткой иностранной валюты, объемы которой сократились вместе с денежными переводами трудовых мигрантов, в стране чувствуется и нехватка наличных сомони. Это явление экономисты обычно связывают с процессом монетарного сжатия.

О том, действительно ли Национальный банк Таджикистана (НБТ) сокращает оборот таджикских сомони и чем это грозит, – в материале «АП».

В КОНЦЕ прошлой недели жители столицы столкнулись с чем-то новым для себя: отсутствием наличных сомони в отделениях местных банков. Сложным оказалось как снять деньги с карт в банкоматах, так и обменять иностранную валюту на сомони в банковских пунктах.

«Мне нужно было снять деньги со своего счета, но в банкомате денег не оказалось, - рассказывает наша коллега. - Причем сотрудники магазина, в здании которого он находится, объяснили, что денег в нем нет уже неделю. Пришлось сесть на такси и искать тот, где деньги есть».

Объехав несколько точек, наличные сомони снять не удалось. Тогда коллега прозвонила в кол-центр своего банка, чтобы выяснить, в каком банкомате имеются таджикские наличные, ей назвали местонахождение ближайшего банкомата, где есть наличные, но предупредили, что надо успеть снять деньги в течение трех часов – потом наверняка и там они закончатся. Точных причин отсутствия наличности сотрудник банка не сообщил, добавив лишь, что с подобной проблемой сейчас столкнулись практически все кредитные организации.

Не оказалось сомони и в пунктах обмена валюты.

«Маме отправили рублевый перевод из России, но в банке его ей не выдали, сославшись на то, что нет наличных сомони, предложили переоформить перевод, переведя в доллары. В американской валюте перевод потом выдали, но оказалось, что обменять на сомони она их не может, потому что там наличных не было, - рассказывает жительница Душанбе Зарина. - Пришлось обойти еще несколько точек, прежде чем она смогла найти таджикскую валюту».    

О подобных случаях нам рассказали и другие обладатели долларов и держатели банковских карт.

«Нацбанк все делает правильно»

КАК сообщили «АП» в Нацбанке в настоящий момент проблем с наличными сомони в республике не наблюдается, денежной массы достаточно для того, чтобы поддерживать деловую функциональность. Источник подчеркнул, что, прежде чем вводить изменения в работу банковского сектора, специалисты регулятора провели тщательные расчеты, результаты которых показали, что объем наличной национальной валюты, находящийся в обороте страны, соответствует необходимому уровню.

Между тем эксперт – экономист, многие годы работающий в банковской сфере Таджикистана, Бахром ШАРИПОВ говорит, что наблюдаемая тенденция сокращения наличных сомони в обороте - скорее всего, побочный эффект ситуации, сложившейся в финансовом секторе страны.

«В связи с финансовым кризисом, с которым столкнулись основные партнеры Таджикистана, сократилось поступление иностранных инвестиций и денежных переводов трудовых мигрантов в республику, именно с этим связано и сокращение наличных сомони в обороте, - объясняет он. – Раньше было больше валюты, которую конвертировали в сомони, и наличных таджикских денег в обороте, соответственно, тоже было больше. То есть в экономике теперь просто стало меньше денег, денежная масса сокращается, отсюда и некоторая нехватка сомони».

Б. Шарипов считает, что одной из целей, которую преследовал Нацбанк, введя новые правила выдачи рублевых денежных переводов, является именно обеспечение страны наличными деньгами.

«Экономике нужны наличные сомони, поэтому Нацбанк обязал выдавать рублевые денежные переводы в национальной валюте, - говорит он. - Денежно-кредитная политика регулятора вообще сейчас направлена на поддержание делового климата в стране. Кроме изменения правил выдачи денежных переводов большое значение в этом контексте имеет и распоряжение НБТ о том, чтобы все кредитные организации перевели обслуживание своих валютных кредитов на сомони. И это также влияет на сокращение количества наличных сомони на рынке».

Что касается нагрузки на простое население, которая возникает из-за различных мер, принятых регулятором, то Б.Шарипов обращает внимание на тот факт, что в развитых странах в кризисные времена большую часть давления несет на себе средний класс. В отсутствие такой прослойки населения в Таджикистане нагрузка легла на необеспеченные слои населения.

«Понимаю, что лекарство горькое, но другого выхода у нас нет», - говорит Б. Шарипов.

Отчасти с ним согласен и другой наш эксперт - экономист Анвар РАДЖАБОВ.

«Видно, что у НБТ сейчас крайне ограниченные возможности для сбалансирования курса сомони экономическими методами, поэтому используются меры административного характера, тот же контроль над спросом на иностранную валюту», - объясняет он.

Говоря о дефиците сомони, А. Раджабов утверждает, что он связан с так называемым «межвременным выбором» потребителей. То есть в момент кризиса потребители тратят меньше денег, чем в обычное время.

«Пока признаков ужесточения монетарной политики со стороны НБТ я не вижу, - говорит он. - Если анализировать динамику изменений денежных агрегатов, то деньги широкой базы (агрегат М2) в отношении к номинальному ВВП стабильно находятся на уровне 19 процентов в последние годы. Если в предыдущие годы рост М2 выражался двузначными цифрами, то в 2015 он вырос на 8%, что существенно ниже. Но в целом картина денежной политики выглядит неплохой».

Денег не хватает

МЕЖДУ тем профессор-экономист Ходжимухаммад УМАРОВ в прошлом номере «АП» в материале «Денежный рынок: необратимость девальвации» говорил о неудовлетворительном уровне денежной обеспеченности в нашей стране. На этом же мнении он стоит и сейчас.

«Из-за этой политики, продиктованной и Таджикистану, поддерживается низкий уровень денежной обеспеченности экономики. Уровень монетизации (денежный агрегат М2 к ВВП) в стране составляет 15-16% при пороговом значении экономической безопасности 30% и нормальный значимости – 75-80%. Низкий уровень монетизации приводит к удорожанию ключевой ставки, а следовательно, и процентной ставки финансовых организаций. Отказ же от политики денежного сжатия приводит к облегчению кредитов и, соответственно, к росту экономической экспансии. Последняя означает высокие темпы производства товаров и услуг, а следовательно, и быстрое расширение денежной базы. В плане же девальвации, расширение денежной базы, вызванное увеличением объёмов и широкой диверсификацией произведённых товаров и услуг, означает эффективное противодействие ей», - говорит он.

Несмотря на разные цифры в оценке уровня монетизации в стране, А. Раджабов также считает его низким.

«В первую очередь это обусловлено тем, что финансовый рынок в Таджикистане представлен всего лишь банковской сферой с ее крайне ограниченным набором услуг; за годы независимости страна так и не смогла создать более продвинутые формы финансового посредничества, включая фондовый рынок», - говорит экономист.

По его мнению, уровень монетизации является важным показателем того, насколько денежная система развита. Соотношение денежной массы к ВВП в Таджикистане (в размере 19%) указывает на сравнительный дефицит денег и инвестиций.

«Кроме того, существует разница между наличной денежной массой и другими денежными агрегатами, - объясняет он. - В Таджикистане денежные операции в экономике проводятся в основном наличным расчетом, поэтому доля наличных денег вне банков (денежный агрегат М0) в денежной массе широкой базы (М2) составляет 70 процентов. В странах с развитым финансовым рынком эта доля намного ниже».

Как отражается монетарная политика на обычных гражданах?

ДЛЯ того чтобы лучше разобраться в монетарной политике и ее влиянии на простое население, наши экономисты рисуют такую картину.

Маленький кишлак, здесь работает только один продуктовый магазин. Заработки у жителей кишлака низкие - едва хватает на еду. И вдруг зарплаты начинают неуклонно расти. Что происходит в единственном продуктовом магазине? Цены растут. Люди питались впроголодь из-за того, что не имели средств, теперь они увеличивают спрос. Магазин удовлетворить его сразу не может, поэтому повышает цены на свой товар. Происходит инфляция, возможно большая инфляция.

Что происходит потом? Последствия такого всплеска описывал еще Адам Смит. Высокий рост цен  будет наблюдаться лишь на первом этапе, но затем жители кишлака начнут искать товары по более приемлемым ценам или у них откроется другой магазин, который снизит стоимость своего товара. Результат будет один – рост цен замедлится. Не остановится, а именно замедлится, если зарплата растет ежемесячно.

Когда рост цен на продовольствие остановится? Когда люди насытятся и прекратят увеличивать покупки еды. То есть возникает цепочка: всплеск инфляции – замедление инфляции – прекращение инфляции. Все это происходит под воздействием роста денежной массы.

Например, в России такой подход осуществлялся правительством Евгения Примакова. Именно с его назначением премьер-министром в 1998 году в российскую экономику хлынул поток денег. Этот подход оставался актуальным вплоть до 2008 года, т.е. в самые благодатные для современной России годы.