Из Москвы, Санкт-Петербурга и других крупных городов России приходят сообщения о том, что полиция резко увеличила количество рейдов, ФМС проводит «облавы» на трудовых мигрантов, а таджиков депортируют на родину чуть ли не сотнями. Что происходит на самом деле – в специальном репортаже «АП».

Просьба – сидеть тихо

Знакомьтесь – Нозим Давлятов. Простой таджикский трудяга, 27 лет. К сожалению, вынужден работать не на родине. Начиная с июня месяца Нозим работал в подмосковном городке Чехове, вместе с бригадой наших земляков из Шаартуза строил небольшой особняк. По признанию Нозима, объект им попался на редкость удачный.

- С такими стройками редко везет, - рассказывает он. - Мы заказ получили на строительство всего дома, то есть и укладка фундамента, и возведение стен, и крыша, полы, электропроводка. Чаще нанимают лишь на черновую работу – котлован выкопать, траншеи провести, заборы поставить или гараж. А тут так повезло.

Но, по словам Нозима, везло им недолго. В августе в Чехов вдруг нагрянула ФМС и устроила массовую проверку документов, забрали почти всех работников.

- Да, они без разрешения на работу были, ну и миграционки у многих закрыты были (просрочены). Ну а что делать? За разрешением на работу в ФМС надо очередь стоять большую, а когда стоять, если работать надо? То же и с миграционкой – на учет вставать некуда, многие приезжают и живут тут, на участке, хозяин же им регистрацию не сделает. Но обычно это все решалось просто – приезжали ОМОН или местная полиция, всех строили, проверяли документы, немного орали, а потом звали в сторону бригадира и говорили, чтобы тот собрал со всех по пятьсот рублей. На этом дело и заканчивалось. А в этот раз не повезло, из самой ФМС приехали, от полиции можно откупиться, а от них уже сложно. Многих забрали. Мне повезло, в Москве однокурсник живет, как-то паспорт получил, у него регистрацию сделал и потом нормально разрешение на работу получил, меня и не тронули.

Однако, по словам Нозима, после истории с летчиками ситуация стала гораздо хуже.

- Где-то в начале ноября стало совсем плохо. Мне друг из Москвы звонил, сказал, чтобы был осторожен, на таджиков охоту объявили, за то, что русские посадили какого-то родственника, а наши за это летчиков посадили. Мы тогда о летчиках и не знали, телевизора у нас нет, газеты здесь не читаем.

А где-то через день ночью к нам в вагончик ОМОН, ФМС зашли. Я тогда первый раз в своей жизни испугался, думал, убивать будут, так страшно ругались, толкали. Нас всех на улицу вывели, построили, сказали документы показать; тех, кто без документов был, сразу в автобус заталкивали, там с ними такой небольшой ПАЗик стоял. Я когда его увидел, понял, что все серьезно; если они с автобусом приезжают – всегда серьезно, значит, точно заберут. У нас тогда много ребят забрали, даже вещи не дали собрать, меня как не забрали – не пойму. Может, опять повезло…

- В общем, - продолжает Нозим, - с Чехова тогда много наших ребят забрали. Мы, кто остался, на следующий день к хозяину - Миша его звали - подошли, рассказали, в чем дело. Он тогда и рассказал, что в Таджикистане летчиков русских посадили просто так, а Россия теперь за своих людей будет всех таджиков выселять. Миша тогда нам и посоветовал уезжать из Чехова, а то, говорит, полиция еще раз приедет, точно заберет. Хорошо, что было начало месяца, он нам зарплату дня на три-четыре раньше выдал.  

Нозим перебрался в самый центр России – Москву. По его словам, ехать ему больше некуда было, кроме как к другу.

- Он сам меня позвал, не на вокзалах же мне ночевать, там меня сразу бы забрали. В двухкомнатной квартире друга, Алишера Ризоева, меня встретили 9 человек. По словам Алишера, по-другому никак: «Не на улице же им ночевать, все-таки родственники и друзья…», - рассказывает Нозим. - Единственная просьба – сидеть тихо. «Полиция сейчас вообще всех шерстит, - объяснил мне Алишер. - А у меня соседка, пенсионерка, вредная, на всех соседей бежит доносить участковому, и на меня доносила, что я героин продавал. Правда участковый нормальный мужик попался, один раз пришел, документы посмотрел и ничего не сказал. Но сейчас если придет – будет плохо».

Один из присутствующих, тоже Алишер, рассказал, что работал на севере Москвы, дворником, в элитном жилом комплексе.

- Э-э, братан, знаешь, как мне повезло! Я двадцать четыре тысячи получал: четырнадцать за работу, и еще десять мне один мужик, Сергей, платил - за то, что я его машину мыл, – рассказал он. - Там большая этажка была, «Триумф-Палас», знаешь, наверное, там еще Ходынка рядом, самолеты стоят, вертолеты. Я туда любил ходить, пока забором не закрыли, на самолеты смотрел. Первый раз военный самолет вот так рядом видел! А еще там военные маршировали, когда парады были, тренировались.

Алишер, так же как и остальные, попал под массовую чистку таджикских мигрантов; по его словам, его проблемы начались с… молдаван, коллег по работе.

- У нас там три молдаванина работали, они мне про летчиков рассказали, сказали: теперь вам, таджикам, конец, русские всех выкинут! Я тогда не поверил, они просто давно хотели на мое место своего друга привести. Оказалось, правда. Меня бы не выгнали - все документы были, но они пошли и рассказали обо всем диспетчеру, сказали, что я плохо работаю, наркотики продаю, в тот же день друга своего привели. Меня уволили, сказали, чтобы уходил, а то милицию вызовут и домой отправят. Вот что я молдаванам плохого сделал? - говорит Алишер.

По его словам, даже с имеющимися документами в Москве тяжело передвигаться, полиция останавливает и проверяет.  

- Мы раньше в метро спокойно ездили, катались даже, станции смотрели, а сейчас не получится, в метро наших нет вообще, зато милиции много, сразу документы проверяют, и все молодые, а они деньги не берут, - говорит он. - Так что сейчас вот дома сидим, пока деньги есть. На работу трудно устроиться, знакомые говорят, что таджиков не берут - боятся, что милиция ругать будет. Хай, думаю, летчиков освободили вот, домой они прилетели, и нам легко будет. Мы же тоже люди, нам семью кормить надо. Летчики эти, вон, в Афганистан летали, не боялись, тоже семьи кормили, и мы также кормим, за что летчиков и нас сажать?

«Бить сейчас стали меньше, чаще всего окружают и кричат: «Россия – для русских!»

Стоит признать, что в Москве и ряде других регионов действительно после вынесения обвинительного вердикта пилотам, были проведены массовые рейды полиции и ФМС, хотя официальные власти никак не связывают проверки с судом над пилотами. Тем не менее количество «нерусских» лиц на улицах Москвы сократилось.

Район станции метро «Юго-Западная», издавна считавшийся малым Душанбе. Наверное, большего количества таджиков больше не встретишь ни в одной точке России – продавцы в торговых центрах, в павильонах на улицах, грузчики, водители, просто праздношатающиеся по улицам люди – все наши соотечественники. И только здесь до недавнего времени «радовали» глаз привычной картиной торговки зеленью и овощами, разложившие свой товар прямо посередине улицы, у остановки, в тазах, как это принято на нашем Зеленом базаре.

Сейчас здесь непривычно пусто. Мигранты – в основном выходцы из Узбекистана, Киргизии, но не из Таджикистана, и даже привычная здесь таджикская речь как-то утихла, и все чаще можно услышать русскую и узбекскую речь.

- Прячутся, - пояснил Алишер, сопровождавший меня. - Пока идут облавы, все спрятались, боятся. Наверное, дома сидят или в Подмосковье выехали. Знаешь, как делается? Где-нибудь подальше дом в деревне снимается, дешево, тысячи за четыре в месяц или за еду и водку, и наши туда ездят - когда проблемы с документами или просто отдохнуть. Или новички там сидят, пока работу им не найдут. Просто милиция сейчас злая, может и документы порвать.

На мой удивленный вопрос, как это можно делать, Алишер только рассмеялся в ответ.

- Только вчера родился? Они могут запросто порвать и миграционку, и разрешение на работу, и даже паспорт! Было и такое. А знаешь, что самое интересное? Когда ты прилетаешь в Душанбе без паспорта, тебя задерживает наша милиция и требует с тебя денег – ты же без паспорта! Иначе, говорят, посадят. Короче, милиция везде, наверное, одинакова. Хотя здесь она сейчас лучше стала, никто тебя не оскорбляет, а раньше и «черным» могли назвать.

…Район Люблино среди русских националистов слывет наиболее «загаженным» - здесь проживает большое количество приезжих мигрантов и выходцев с кавказских республик. Сейчас на улицах их редко встретишь, все сидят либо дома, либо на рабочих местах, выходить лишний раз на улицу не хотят – опасно, можно нарваться на очередную проверку.

Немного странно – в последние годы именно здесь националисты проводят свои шествия, гордо именуемые «Русский марш». И, несмотря на заверения правоохранительных структур, что все шествия проходят мирно, пострадавшие после этих маршей все же были, чаще всего - выходцы из Средней Азии, случайно оказавшиеся на пути разгоряченной толпы. Однако, несмотря на все эти случаи, Люблино всегда был одним из оживленных «нерусских» районов. Теперь – тихо. Не сказать, что наши здесь не встречаются, но если сравнивать с прежним количеством – то сейчас здесь просто мечта русского националиста. Итог напрашивается сам собой: мигранты готовы терпеть нацистов, но лишь бы не попасться ФМС и не потерять работу из-за депортации.

Кстати, о националистах. Не раз всплывала информация о том, что они проводят облавы вместе с силовыми структурами. Особенно отличилась в этом деле некая до этого момента малоизвестная организация, именующая себя Православным патриотическим молодёжным движением "Светлая Русь". В частности, ее лидеры не раз давали интервью о том, что занимаются «чисткой московских улиц от нелегальных рабочих». Схема работы известна давно: члены организации, как участники общественных объединений, имеют законную возможность войти туда, куда полиция без особых причин пройти не может. Этим они и пользуются – пишется заявление в ближайший участок полиции, далее организуется общественная группа, которая в сопровождении полицейских идет «выявлять нарушения». А дальше, как по накатанной – «члены общественных групп» находят нарушения, полиция проводит проверку документов, нарушителей забирают, а националисты имеют на примете еще одну точку для «контроля». К сожалению, встретиться с людьми, которые успели «познакомиться» с членами «Светлой Руси» мне не удалось. Чаще всего люди либо боятся об этом говорить, либо оказываются уже депортированными. Но, как рассказал Алишер, подобным образом действуют не только они.

- Националисты начали встречаться все чаще, чаще всего это молодые парни, школьники совсем, - рассказывал он, - Бить они сейчас стали меньше, чаще всего просто окружают толпой, кричат: «Россия – для русских!», «Чурки!» Наверное, перед выборами - сейчас же все начали говорить о русской нации - портить лицо себе не хотят.

По словам Алишера, националисты чаще всего приходят в места, где мигрантов не так много.

- А вот полиция, ФМС устраивают облавы только в крупных местах, по дворам они обычно не ходят.

- А вообще, люди простые-то как относятся? – задаюсь я вопросом.

- А вообще, люди нормально относятся. Я сколько работал – никто ничего плохого не говорил. Да, попадаются иногда такие, в метро случайно кого-нибудь заденешь, кто-то улыбнется просто, а кто-то «чуркой» назовет. Но такое редко бывает, - говорит Алишер. - Ну я их тоже понимаю, наших сейчас в России очень много стало, есть такие, которые бандитами стали. Мне вот неприятно бывает, когда я по «Корвону» хожу и мне китайцы попадаются, и их все больше становится. Но это же китайцы, а мы с русскими столько лет вместе жили, приезжаем мы сюда работать, для них же стараемся. Была бы работа дома – я бы, наверное, дома сидел. Я же не виноват в этом…

«Посольство Таджикистана? Э-э-э, братишка, там все глухие…»

Посольство Таджикистана располагается в одном из исторических мест Москвы, в здании начала 20-го века. И если после постройки здание окружали лишь слуги русского купца, то сейчас его окружают лишь трудовые мигранты. В таком же месте располагается и консульская служба – в Скатертном переулке, рядом с Арбатом. По рассказам местных жителей, толпа у посольства не расходится никогда, но если летом людей меньше, то с приходом холодов их количество лишь увеличивается.

Стоят здесь по разным причинам: кто-то пришел продлить загранпаспорт, кто-то - пожаловаться на работодателя, который не выплатил зарплату, кто-то пришел за справками. Однако всех объединяет одна проблема – чтобы попасть в посольство, нужно отстоять большое количество времени.

- Вон видишь там здание? – показывает мне парень из очереди. - Это посольство Африки. Там очередей никогда не бывает, хотя негров в Москве много. Потому что там люди работают, а вот ты скажи - мы что, хуже африканцев что ли, что нас в родное посольство принять не хотят? Почему у них очередей нет, а у нас есть?

А очереди здесь действительно бывают огромные: люди приходят сюда с раннего утра, чтобы записаться в список и… ждать, когда придет их очередь.

- А ты че думаешь, сразу возьмут и примут? – возмущается один из мужчин, назвавший себя Хайрулло. - Не-е! Они могут сказать «обед» после обеда и уйти, или еще что-нибудь! А по телефону справок не дают – ты им звонишь, а у них или телефон не работает, или занят постоянно, а если дозвонишься – говорят: придите сюда, здесь все узнаете. А как можно узнать, если такая очередь? И нет доски (стенда) у входа, повесили бы здесь списки с документами, и все было бы проще! И вот стой здесь, кричи – все равно не услышат, они там все глухие, народ не слышат, только если деньгами шуршать начнешь…

Я проверил, стенда с образцами необходимых документов, которые обычно размещают у посольств и консульств, действительно нет, поэтому, чтобы получить только информацию, приходится выстаивать долгие часы.

- На прошлой неделе нас отсюда милиция прогнала, говорили: сейчас здесь митинг будет, чтобы не мешались. Мы ушли, а что делать?! Из посольства так никто и не вышел, не заступился за нас, а с милицией не поспоришь, тут у многих документы не в порядке… - рассказывает рядом стоящая женщина. - Я в списке была двенадцатой, пришлось заново списки на другой день составлять, я стала сорок седьмой. Уже вот неделя прошла, а я все попасть не могу, у загранпаспорта срок истек, вылететь не могу, оштрафуют, а здесь его долго делать будут. Дома проще, за две недели или, если есть знакомые, за неделю делают. Вот так и хожу, два раза останавливала милиция и штраф брала. Ну, так... за восемьсот рублей отпустили. Я же не богатая, чтобы так постоянно платить, а то выслать могут, что я тогда делать буду?

По словам стоящих в очереди, в последние две недели чаще приходят люди с жалобами, что их уволили с работы. Работодатели объясняют им свое решение тем, что им якобы сверху пришел указ – не брать на работу таджиков.

- Мы слышали, что это с пилотами связано, - говорит Хайрулло. - Они там что-то нарушили. Но я в это не верю. Я сам сколько летал, меня в аэропорту столько раз грабили таможенники – то с паспортом проблемы, хотя их и нет, - пять-десять сомони плати, то просто паспорт и билеты забирают и деньги требуют, говорят, помогут пройти таможню. Или вот начали всех заставлять сумки пленкой оборачивать, а это же за деньги! Десять сомони, чтобы пленкой сумку завернуть! Зачем? Она у меня и так крепкая. И как платить, если еще на входе милиция деньги забирает? Достаем рубли, они говорят: десять сомони или сто рублей, а сто рублей – это больше чем десять сомони! Я хотел с ним поспорить, почему он тогда сдачу не дает, но ко мне подошли какой-то мужчина в костюме и милиционер, сказали, чтобы не кричал, это все по закону. В Москве такого нет – деньги в аэропорту берут, только если перегруз или сам пленкой заворачиваешь багаж. С летчиками, наверное, тоже такое случилось, - полагает Хайрулло. - Почему из-за таможни мы теперь страдаем? Я вот водителем работал, в «Пятерочке», продукты возил. Сейчас меня хотят на киргиза поменять, говорят, уволят, хоть летчиков и отпустили. И они это могут, они работодатели. А у меня сейчас работа хорошая, не тяжелая, зарабатываю хорошо, а дома жена, мать с отцом, четверо детей, жена брата, всех я кормлю. Брат сейчас тоже в России, но в Саратове, вот недавно прилетел, еще нормально не зарабатывает...

И таких историй здесь много. Кого-то уволили, кого-то отказались взять на работу, кому-то не выплатили деньги. Но что удивляет, практически все они, несмотря на существующие проблемы, готовы и дальше работать только в России.

- Пилотов отпустили, нас вот сейчас милиция перестала проверять, может, еще неделя пройдет – и все забудут, – говорили в толпе, - А че толку, ну прилетим мы домой, и чего там делать будем? Где работа? В Таджикистане сейчас бензин подорожал, мука подорожала, мясо дорогое – чем семью кормить? Воровать же не пойдем…

В Питере все сложнее

Не менее тревожные новости приходили в последнее время и из Санкт-Петербурга. Еще в девяностые годы Петербург, наряду с Воронежем, российские эксперты окрестили «столицей русского нацизма», однако в период правления Валентины Матвиенко данная слава пошла на убыль.

Но сейчас город, похоже, начинает восстанавливать былую «славу». По признанию наших соотечественников, в Петербург таджики стараются ездить реже, из-за большого количества националистов.  

- Там работать вообще трудно, - говорит Алишер. - Если ты кавказец – еще как-то можно, но вот другим – намного сложнее. А из-за ситуации с пилотами в Петербурге, кажется, националисты гораздо больше действовали, чем полиция. У меня знакомые рассказывали, что они по ночам целыми отрядами нападали на спящих мигрантов - либо били, либо тащили в полицию. У многих документы рвали, потом в милиции попробуй доказать, что документы тебе только что порвали, кому больше поверят?!

Кстати, об увеличении числа националистов говорят и местные жители, в частности представители ЛГБТ-движения. Не так давно члены движения проводили протестную акцию, направленную против принятия решения о запрете пропаганды гомосексуальных отношений. Во время акции на них напали молодые люди из числа националистов, было большое количество пострадавших. Как рассказала одна из местных жительниц, член общественной экологической организации, дело тут не в пилотах.

- Они лишь катализатор, масло для пожара. Проблема в том, что власти на проблему межэтнических отношений смотрят сквозь пальцы, а в преддверии выборов националистическая риторика лишь увеличилась. Даже коммунисты начали использовать лозунг «За русский народ!», хотя всегда выступали за интернационализм. Да и новый губернатор Петербурга, Георгий Полтавченко, вряд ли внесет улучшения в данную ситуацию. Он давно известен как ярый «прорусский» борец за православные ценности. С его приходом, хоть и недавним, количество националистов на улицах резко выросло, будем надеяться, что власти образумятся и не допустят той открытой войны на улицах, которая была в девяностых годах.

Вместо эпилога…

…Возвращаясь с Алишером домой, мы проходили мимо парка. Один из гуляющих здесь детей, пробегая мимо, споткнулся и упал. Алишер среагировал быстро – подбежал, поднял на ноги, улыбнувшись, откуда-то из кармана вынул конфету, вручил мальчишке. Подошедшая мать, так же улыбнувшись, поблагодарила его за помощь.

Мы пошли дальше. Алишер задумчиво произнес:

- Вот сам видишь, простой народ спокойно друг к другу относится. Я как-то ремонтировал площадку у квартиры, там мне все соседи спасибо говорили, и сейчас каждый день выходят, здороваются за руку, никто не кричит, не оскорбляет. И таких примеров много. А посмотришь телевизор – так мы хуже собак получаемся. В Таджикистане, я слышал, сейчас русских тоже хуже собак выставляют. Зачем? Кому это надо? Все мы мирно работаем, дружим, делить нам нечего; были какие-то обиды, но они позади. Как можно жить, помня только обиды? Разве это угодно Аллаху или Христу? Да, мне плохо делали милиция или кто-то другой, но я всегда говорил: один урод – не весь народ. Надеюсь, пилоты, вернувшись домой, тоже это помнить будут, не верю, чтобы к ним там, в тюрьме, плохо относились…

На фото Посольство Таджикистана в России. Охранник у входа пытался запретить нам сделать фотографии.