Почему в Таджикистане дети все чаще заражаются СПИДом? Почему Минздрав не учится на своих ошибках? Свое мнение о том, почему риск заражения инфекционными и вирусными заболеваниями в республике растет, «АП» на условиях анонимности высказал столичный врач.

По словам сотрудника медицинского учреждения, серия материалов о заражениях детей ВИЧ и нелогичные, по его мнению, интервью работников Минздрава заставили его обратиться в редакцию.

Медики не могут быть донорами!

- В Международный день донора крови замдиректора Республиканского научного центра крови (РНЦК) Нурали Ашуралиев в интервью «АП» заявил, что в рамках акции до полудня добровольно и безвозмездно уже сдали кровь более 400 человек. В основном, это были медицинские работники столицы. По его словам, сегодня в банке крови имеется запас в объеме 800 литров крови, - говорит врач. – Но медработники в силу специфики своей профессии и постоянного контакта с различного рода больными и являются группами относительно высокого риска по трансмиссивным инфекциям, то есть нежелательными донорами. По рекомендации ВОЗ, доноры должны быть только неоплачиваемыми и регулярными, т.е. ежегодно сдавать хотя бы три раза кровь. Только кровь таких доноров считается безопасной. Так же в банках крови к сведению «специалиста» содержится не кровь, а ее продукты, и измеряется не в литрах, а дозах.

- В одной из публикаций «АП» родитель, заразившегося ВИЧ-инфекцией, ребенка говорил об неустановленном доноре. Допустим, у первичных доноров нет мотивации к повторному визиту в учреждения службы переливания крови. А что будет с сотнями доз эритроцитной массы, плазмы от первичных доноров при отсутствии условий для их переработки на безопасные препараты крови (альбумин, иммуноглобулины, препараты свертывающих факторов). Все это уйдет в канализацию? Может, руководители РНЦК ответят вам на этот вопрос? -  подчеркнул собеседник

Чтоб никто не догадался?

По словам врача, использованные одноразовые шприцы, иглы, системы переливания крови, перчатки и другой материал, загрязненный кровью и биологическими жидкостями, выбрасывают на обычную «мусорку», а затем все это вывозится на городскую свалку.

- К медицинским отходам, которые могут быть инфицированы, в том числе гепатитами В, С, ВИЧ, а также патогенными вирусами, имеется свободный доступ людей, животных и птиц. Это ведь может привести к повторному заражению населения и загрязнению окружающей среды. Тем самым создается угроза причинения существенного вреда здоровью человека. В этом вы можете убедиться, когда посетите места выброса мусора у любого медучреждения  рано утром, до вывоза его коммунальными службами.

Последовав совету врача, мы посетили, примерно, в пять часов утра место выброса мусора городской поликлиники №1 и Республиканского научного центра крови и действительно увидели мешки с остатками крови, системы и мединструменты, загрязненные кровью. Рядом бродила собака, и что-то  выискивал бомж.

Человек, ищущий в мусорных контейнерах бутылки для последующей продажи, назвался Сергеем и подтвердил, что ежедневно поликлиника и РНЦК выбрасывают мешки с кровью, пластиковые системы и шприцы о которые он неоднократно кололся. Эти слова подтвердила и дворник ЖКХ района Шохмансур, не назвавшая своего имени. Она и  заявила, что санитары поликлиники № 1 и Центра крови иногда умудряются выкидывать использованные шприцы и системы прямо под деревьями в парке у РНЦК.

«Ежедневно в медицинских учреждениях скапливается большое количество шприцев, игл и других инструментов, - говорит врач. - Ведь важно уделить внимание профессиональной утилизации мединструментов, которые могут быть опасными, и которые необходимо не просто выбросить в мусор после завершения эксплуатации, но и обязательно уничтожить. Таковы правила для всех медучреждений, утвержденные законом!

Минздрав РТ может назвать хоть одно медучреждение республики, в котором есть буферные шкафы для уничтожения использованных медицинских расходных материалов, печи для сжигания опасных биологических отходов?» - резонно спрашивает  собеседник.

Только предоплата!

Практически во всем мире, в том числе ни одна страна бывшего СССР не практикуют продажу крови и ее продуктов, а тем более родственникам больного, которые не могут обеспечить правильную их транспортировку.

- Почему не привлекаются независимые специалисты, ученые для проведения исследования и дальнейшего реформирования системы здравоохранения? Для этого не нужно содержать сотни  «нахлебников». Например, Минздраву достаточно 15 чиновников.

У меня есть еще один наболевший вопрос о внедрении единой информационной системы службы крови, - говорит врач. - Хотя американская организация CDС оплатила первую часть проекта, и система была налажена, но на этом все остановилось.

- Сейчас наблюдается снижение качества и безопасности гемокомпонентов, нарушаются вертикали управления и контроля деятельности службы крови. Может, это выгодно кому-то? А какую научную работу проводит Республиканский научный центр крови? - задается вопросом врач.

ВИЧ. Еще один зараженный ребенок

После публикации ряда материалов о случаях заражения детей ВИЧ-инфекцией в столичных медучреждениях к нам обратилась Махбуба (все имена пострадавших изменены), бабушка ребенка, которому всего лишь два года от роду и который уже ВИЧ-инфицирован.

- Моя знакомая Сабохат, история которой была напечатана в прошлом номере «АП» в материале «Опять ребенка заразили ВИЧ», убедила меня обратиться в редакцию и  правоохранительные органы, - говорит жительница столицы Махбуба.

Ее дочь Ситора пять лет назад вышла замуж и переехала  на постоянное место жительства в район Рудаки. После рождения первенца Азиза в 2008 году началась у них полоса проблем и злоключений.

- Азиз родился в Душанбе в роддоме на 1-м Советском очень слабым. Постоянно находился под наблюдением врачей то с пневмонией, то внутричерепным давлением, а в 2010 году у него был обнаружен дефект сердца. В Республиканском научном центре сердечнососудистой хирургии предложили его прооперировать, но так как финансовое положение семьи было не очень хорошим, ребенок до сих пор не был  прооперирован, - говорит собеседница. 

В мае 2010 года в роддоме района Рудаки у Ситоры родился второй сын, Азим с нормальным весом. Мать с ребенком выписали на второй день после родов.

- Примерно, в сорокадневном возрасте цвет кала у малыша вдруг стал какого-то зеленоватого цвета, будь неладна моя мнительность, - плача говорит бабушка Махбуба. - Врачи положили дочь с ребенком в 11-ый корпус НМЦ (Караболо), где они лечились, примерно, месяц, потому что, плюс ко всему, малыш заболел и пневмонией. Многие лекарства вводились ему подключичным катетером. Их  мы покупали сами,  а катетер был больничный.

Когда Азиму было пять месяцев, у него неожиданно  поднялась температура, он стал чахнуть на глазах.

- Мы обили пороги всех столичных больниц, но везде нам указывали: «Идите к тем врачам, у которых лечились». Нам пришлось опять вернуться в 11 корпус НМЦ. У ребенка вновь обнаружили пневмонию, стафилококковую инфекцию и внутричерепное давление. Несколько раз вливали «Альбумин», позднее лечащий врач предложил вливание «плазмы», которую мы приобрели в РНЦК за сто сомони. Во всех случаях использовался больничный катетер, от  нас, как и прежде,  требовали только плату за него. Конечно, никто из нас не видел, когда и как вскрывалась его упаковка. Мы даже и не задумывались, что может случиться что-то непоправимое... - рассказывает Махбуба.

Мне страшно за будущее

Но вот в начале этого года, в феврале месяце им позвонили из районной больницы (Миср) района Рудаки.

- Неоднократно моей дочери звонил врач, - продолжила Махбуба, - и говорил, чтобы они срочно пришли в больницу и сдали кровь на вирусные заболевания. Муж Ситоры, немного упрямый молодой человек,  запрещал ей идти в больницу.  Но тут в адрес дочери от этого врача начали поступать угрозы, и они были вынуждены всей семьей сдать анализы. Мотивировка была такая, что они проверяют детей, которые часто болеют и лежали в больнице.

- Результат анализа Азима на ВИЧ вдруг оказался положительным. Анализ на ВИЧ они  сдавали неоднократно всей семьей. Каждый раз у ребенка он оказывался положительным, а у родителей тестирование давало отрицательный результат, - продолжила собеседница. - В мае в РЦ «СПИД» ребенка взяли на учет и выдали соответствующий документ. Сотрудники центра по-всякому успокаивали нас. Там с дочерью мы и познакомились с женщиной, которая тоже лечила ребенка в Караболо, и он оказался ВИЧ-инфицированным. Собранные документы были поданы в районный отдел социального обеспечения района Рудаки, и мальчику было назначено пособие в размере 270 сомони. Но его ни разу нам не выдавали, да там и пенсию выдают раз в полгода.

- Но сейчас это не так важно. Я думаю, важнее сейчас найти того, кто виновен в заражении нашего мальчика. В семье Ситоры происходит разлад, ее муж просит никому не говорить о том, что произошло, считая это каким-то позором. Он запретил нам обращаться  куда-нибудь под угрозой, что выставит на улицу мою дочь с двумя больными детьми. Бывают, оказывается,  и такие люди. У меня подрос сын, хочу женить его. Но, поверьте, я боюсь за него, его будущих детей, которые родятся в нашем роддоме.  Не дай Аллах, попадут еще на лечение в таджикскую больницу, - со слезами закончила Махбуба.